Марина Алдон – А в Риме дождь

А в Риме дождь


Третьи сутки в Риме не прекращался ливень. Ирина была настолько голодна, что не понимала, это дождь или мотыльки перед опухшими глазами. Желудок уже даже не играл свои симфонии, а мозг отключился от усталости. Изредка Ира заходила в церковь, чтобы попросить кусок хлеба. Было стыдно, больно и страшно… Как вернётся домой? Наступит ли завтра? Что ей делать? Мысли путались… Жизнь, как быстрый экспресс, проносилась перед глазами…

Беззаботное детство в родном городе, учёба на медфаке, замужество в Молдове… и мама, которая всегда просила:

– Доченька, люби, кого хочешь, только не румына.

Молдаван Мария Ивановна традиционно относила к румынам. И Ира, даже став взрослой, не могла понять, откуда в мирной украинской семье такая неприязнь к соседям по границе. А ведь… фамилия у неё была румынской, хотя в генеалогическом древе никогда не было представителей этой национальности. Просто власть часто менялась и предки изменили несколько букв, чтобы звучала «как надо». Но вот рок судьбы… Мы всегда притягиваем то, чего больше всего избегаем. И в университете девушка познакомилась с Федей и… невзирая на скандалы с родственниками… уехала к нему в Тирасполь. Прожили душа в душу десять лет, а потом… началась перестройка и муж потерял работу… Подросла дочь, хотелось обеспечить ей светлое будущее, но… увы… денег не было. А Фёдор подружился с зелёным змеем. То ли от отчаяния, то ли гены взяли своё, непонятно, но средств на существование с докторской зарплаты к тому времени было катастрофически мало и Ира решила: «Еду в Италию!»

Через фирму-работодателя быстро нашла «место под солнцем», собрала все сбережения, чемоданы и отчалила на чужбину. Но в Италии оказалось, что больницы, в которой якобы она должна была трудиться медсестрой даже на карте земного шара нет… не то, что в Риме… Вот и осталась она одна, никому не нужная, без знания языка далеко от близких. Три недели спала на вокзале и безрезультатно искала работу. Ей уже было без разницы на улице дождь или сорокаградусная жара, конечности онемели, а состояние было близкое к потере сознания.

В тот день она зашла в церковь, чтобы только попросить стакан воды. К ней подошёл не священник, а просто прихожанин. О чём спрашивал – не очень понимала. Сказала на русском, что её мучает жажда. Незнакомец облегчённо вздохнул и удалился. Вернулся с водой и подождал, пока она сделает несколько глотков. Потом протянул бутерброд с сыром. Ирина его сразу же проглотила. Оказалось, что Карол румын, а в Италии у него обувная фабрика. Они сразу же нашли общий язык и он устроил женщину к себе упаковщицей. В тот же вечер Ирина вкусно поужинала со своим новым шефом, умылась и получила своё съёмное жильё, которое любезно оплатил Карол.

Казалось, что жизнь начала налаживаться. Каждый месяц Ира отправляла мужу с дочерью деньги, которые… как впоследствии оказалось… Федя пропивал… И вот однажды позвонила свекровь и тревожным голосом сообщила, что Фёдор умер – лопнула поджелудочная. Женщина была в ужасе: с кем останется маленькая Светка… Карол предложил забрать её в Италию, но Ира не хотела.

После похорон Светлана поселилась у родственников на Украине, а Ирина вернулась на прежнее место работы. Ровно год всё текло в обычном русле, а потом… у женщины завязался бурный роман с шефом. Он тоже был вдовцом и именно знание румынского их сблизило… ведь говорят, в чужом краю даже дым, который приносит ветер с отчизны, сладкий.

В день бракосочетания шёл сильный дождь и Ирина вспоминала их знакомство, когда он напоил и накормил её… и маму, к тому времени уже покойную, которая всегда пыталась оградить её от румынов.

Вскоре Ира начала помогать мужу вести финансовые дела и устроила на фирму свою старшую сестру. А Светка училась в уже Одессе на экономическом. В Рим ей не хотелось… Заботливая мама купила дочери трёхкомнатную квартиру, но сердце рвалось от боли, ведь её кровинка была так далеко от неё… и ещё не совсем взрослая…

А однажды, как гром среди ясного неба, раздался звонок от Светланы.
– Мама, я выхожу замуж, – радостно сообщила дочь.
– Как? За кого? – чуть не упала от неожиданности Ира.
– Понимаешь, здесь со мной учится удивительный парень из Тирасполя, Алин…
– Ты беременна? – резко спросила мать.
– Нет, но ты не будешь, как бабушка, скандалить по поводу национальности, правда?
– Конечно, дорогая, – уже более спокойно произнесла Ирина.

В Риме снова дождило… Ира погрузилась в раздумья… Этот итальянский циклон всегда был для неё особенным…

– И почему мама так не любила румынов? – спросила она сестру Машу, которая сидела напротив.
– А ты разве не знаешь? – удивилась она, – у неё был парень из Бухареста. Учился в нашем городе и жил у деда на квартире. Между ними бушевали такие страсти… но потом он уехал на родину… а она вышла замуж за папу…


22.07.2011

© Copyright Marina Aldon 2011

 

Марина Алдон – Рыжая

Рыжая

В школе её называли солнышком, дома – золотцем, друзья – золотой рыбкой. Она действительно много молчала, но когда говорила, замолкали все вокруг. Соня была мудра не по годам. Единственное, что угнетало – рыжие волосы. Успехом у парней не пользовалась, хотя была красивой и каждый год единогласно вся школа выбирала девушку королевой осени… Но её клеймили словом «ведьма».

В университете всё повторилось. И хотя на инженерно-строительном факультете Соня была единственной представительницей прекрасной половины в группе, никто с ней не решался заводить романов. Даже успехи, которые давались ей благодаря упорному труду, все расценивали, как действие потусторонних сил.

Получив диплом, девушка вернулась в родной город и отец нашёл для неё очень престижную работу. Постоянные поездки, сотрудничество с иностранцами, престижная машина, достойная зарплата… Но рядом никого… Родители и сами уже волновались. Мама объездила всех экстрасенсов в округе, которые обещали принцев и манну небесную, но в жизни Сони ничего не менялось. В 33 года она всё ещё была девственницей.

И, наконец, как гром среди ясного неба, появился Виктор. Твердил, что любит, только поставил условие: перед свадьбой ему должна быть предоставлена новая квартира, так как своё семейное гнёздышко он хочет вить отдельно от родителей… как своих, так и невесты… Разумеется, отец ради любимой дочери выполнил просьбу будущего зятя.

Поженились. Виктор оказался плохим мужем. Не только выпивал, но и поднимал руки на супругу. Но Соня молчала. Он каждый раз упрекал её в том, что она рыжая. После рождения Машеньки, семейная жизнь вообще пошла кувырком. Виктор или приходил на четырёх под утро, или не приходил вовсе. А в один прекрасный день раздался странный телефонный звонок:

– Соня, я беременна от вашего мужа, – прозвучало в трубке и… будто планета сошла с орбиты. – Может, вы отпустите его ко мне?

– Отпущу. Если он захочет, – сухо ответила Соня и упала на пол без сознания.

Три месяца женщина провела в больнице, а когда её выписали, оказалось, что Виктор уже развёлся с ней и не только… он отсудил половину трёхкомнатной квартиры. Естественно, жить с новой женой своего бывшего супруга под одной крышей Соня не захотела, поэтому вернулась к родителям. А на утро её ждал ещё один «сюрприз» – на работе сократили.

После всего она не просто потеряла веру в себя, но отчаялась так, что хотела наложить на себя руки. Но перед тем, как совершить добровольный уход из жизни, решила пойти в церковь.

И в этот момент случилось нечто… Женщина почувствовала руку Божью прямо над собой. Будто с ниоткуда пришло спокойствие, умиротворение. В ушах звучала странная  космическая музыка… На минуту подумала, что сходит с ума. Но в глубине души знала, что что-то должно произойти. К ней подошёл мужчина. Оказалось, он в таком же положении, как она. Его супруга уехала с любовником в Америку.

Прошло три года. Соня вместе с Сергеем открыла дизайнерскую фирму.

– Смотри, какого мужика отхватила, –  злорадствовали соседки, когда она с мужем Машенькой и маленьким Тимуром садилась в машину. – Точно ведьма, ведь рыжая, – доносилось из улицы уже в салон.

Но больше Соню это не смущало. Она была счастлива.


1.06.2011

© Copyright Marina Aldon 2011

 

Марина Алдон – Гроза

Гроза


Вы видели когда-либо, как гроза бушует в горах? Там, в ладонях девственного леса, она совсем не такая, как в городе. Дикая, свирепая стихия кажется совсем необузданной. Но зато как прекрасен и таинственен этот неистовый мустанг атмосферных явлений…

Однажды, ещё в студенческие годы, мне пришлось проходить практику в глухой деревне. Я всегда мечтала хоть один день провести далеко от цивилизации, людей, машин… где-то на задворках мира. Поселили меня в маленький заброшенный домик на сказочной опушке. Сердце билось учащённо от радости… сбылось одно из самых сокровенных желаний. Кругом не было никого. Только природа и я…

***

А сейчас представьте, что вы одни в избушке… почти необжитой, деревянной хижине, построенной, кажется, в первые годы после Ноева потопа.. Мебель первобытная, но вам хорошо и уютно. И вдруг раздаются раскаты. Гроза! Кажется, будто с клетки чёрный ворон уносится на волю. Стрелы молний… в окне открытом небо темнеет, его освещают только эклектические заряды, бросающейся где-то в воздухе огненной змеи. Рядом рвётся штора (конечно же, она была очень ветхой), качаясь между шершавым градом и дрожащими ветками магнолий. Немного жутковато. Приходится закрыть все створки, ведь раздаётся стук бубнов и литавров… Это песня грома! А может, проснувшиеся шаманы мира. Да нет, это северные ветры листают сумрак. Как фото из альбома, смотрят замершие камни в зенице ручья. Однако… в такое время даже на стенах тени глухи, немы, бледны.

Дожди… настоящий настой животворящего ливня. Капли припадают губами к лужам. Это слёзы мая, нескромным звоном пронзающие пространство. Холодно немножко. Хотя… возможно это озноб от переизбытка адреналина. Сейчас бы хоть лучик солнышка, чтобы ухватиться за него и согреться. Ромашкам страшновато… Намокли их белые шапочки. Недалеко неустанно наблюдает за происходящим развесистая ёлка. Но её зонт не помогает от непогоды.  Опустили к земле глаза и колокольчики.

Луна в засаде. Она во влаге обильно вымочила ножки… даже там, высоко… А здесь, на земле, седая туча травам испортила все причёски. Темно… Ищу свечу. На дороге одинокий след птицы или кошки. Зову к себе. Убегает. Это же белочка!

***

Часа через два небосклон украсила изумрудная звёздная россыпь. Это была самая яркая страница моей лесной жизни и гроза, которую забыть просто невозможно даже спустя много лет.

Текст написан в технике растворения.  В нём можно увидеть спрятанное стихотворение:

Гроза бушует. С клетки чёрный ворон
Уносится на волю. Стрелы молний
В окне открытом. Рядом рвётся штора
Шершавым градом, ветками магнолий.

Стук бубнов и литавров…  песня грома!
Шаманы мира, северные вЕтры
Листают сумрак… фото из альбома…
На стенах тени глУхи, немы, бледны.

Дожди… губами к лужам… Слёзы мая
Нескромным звоном. Холодно немножко
Сейчас ромашкам, зонт не помогает.

Луна в засаде. Вымочила ножки
Седая туча травам. Спотыкаясь,
Ищу свечу, след птицы или кошки.

Растворённый в сонете ЯС:

Гроза бушует,
Уносится на волю
Шершавым градом.

Седая туча,
Стук бубнов и литавров,
В окне открытом.

Листают сумрак… фото,
На стенах тени.
Дожди… губами к лужам…
Нескромным звоном.


25.05.2011

© Copyright Marina Aldon 2011

 

 

Марина Алдон – Париж

Париж


Париж. Город-мечта. Город-романтика. Город-приключение. Летний вечер в гостиничном номере. На подоконнике цветок жасмина. Прикасаюсь к нему, утопаю в запахе и обнаруживаю, что мой пушистый белый локон пахнет Tendre Chanel’ю. Незабываемое благоухание, несравнимое ни с одним шампунем, духами, даже с церковным елеем. Возникает желание отправить хоть капельку этого аромата домой. Среди ночи Париж очень эффектный. Чернила мглы лёгким взмахом невидимой кисти придают ему особого шарма. Эйфелева башня со своими тысячами прожекторов смотрит в небо… словно огромное гусиное перо. Кажется, будто над Сеной чайка уронила кончики своих крыльев и раскрасила пространство тёмными полосками. Но мигает неоновая реклама и город всё равно разноцветный. Его освещают не только луна и звёзды, но и гирлянды витрин, бигбордов, фонарных столбов…
Добавляю в чай лимон и сахар, может… не усну до утра… Хочется увидеть на старой башне Лувра (в моём подсознании она эфемерна, как дым кадила) призрак Капетингов. Но, к сожалению, встреча с прошлым нереальна. Погрузиться бы в искусство инков, чтобы вызвать этих фантомов королевской династии… Они ведь тоже строили пирамиды, такие, как здесь, во дворе Наполеона. Правда, эта, стеклянная, возведена не так уж давно, в 1989 г., по проекту знаменитого архитектора Йо Минг Пея, американца китайского происхождения. Но время – древний знахарь, обмануть его нереально.

А на стене моей комнаты репродукция одной из самых известных картин в мире.  «Мадонна» Леонардо да Винчи неподвижна, хоть возникает ощущение, что её глаза наблюдают за мной, внушая спокойствие и умиротворение. Мама. Мальчик. Они так гармоничны и совершенны! Целый квартал Парижа только чуть-чуть меняет цветовую гамму. Это настоящее чудо!

Улицы многолюдны, как и днём. Рестораны, клубы, бары… Всё гудит, словно пчёлы в улье.  А выпуклая надпись ветки вишни – лишь указатель для молодёжи, будто бы приглашение под крону для нежных объятий и горячих эротических поцелуев.

Но дорога к храму не видима со старого отеля, её заслоняют собой другие постройки. Сижу на диване. Устала… Много адреналина… Или просто глаза закрыла чёрная повязка? Нет, пора отдохнуть. Молюсь. Считаю тени на сутане французской ночи… Пойду спать. Вдруг приснится сказка…

В тексте растворён сонет:

Цветок жасмина.  Tendre Chanel. Чернила.
Пушистый белый локон. Лёгким взмахом…
Перо над Сеной чайка уронила.

Луна и звёзды… В чай лимон и сахар.
На старой башне Лувра дым кадила.
Искусство инков… призрак… древний знахарь.

«Мадонна» Леонардо неподвижна…
Квартал Парижа чуть меняет гамму.
А выпуклая надпись ветки вишни –
Лишь указатель. Но дорога к храму
Не видима с отеля. На диване
Глаза закрыла чёрная повязка.
Молюсь. Считаю тени на сутане
Французской ночи. Вдруг приснится сказка…

Растворённый в сонете ЯС:

Цветок жасмина –
Пушистый белый локон,
Перо над Сеной.

Луна и звёзды…
На старой башне Лувра
Искусство инков.

«Мадонна» Леонардо –
Квартал Парижа,
А выпуклая надпись –
Лишь указатель.


25.05.2011

© Copyright Marina Aldon 2011

Марина Алдон – Смычок

Смычок


Ты несколько лет играешь только на одной скрипке…. срастаешься с инструментом… И вдруг… у тебя пропадает смычок…  тебе кажется, что у тебя вырвали кусок сердца. Не потому что нельзя купить другой смычок… их много… они разные… возможно и лучшие… но…  Это не просто деревянная трость… это частичка тебя… к которой привыкают твои руки…. Тебе нетрудно сыграть и с другим смычком, но в глубине души будешь чувствовать дискомфорт, ведь это не твой… не тот… чужой смычок… Не та колодка… не та натирочная канифоль… не тот конский волос в него вставлен… Тебе хочется вернуть свой… до боли родной смычок… однако… это невозможно… Ты знаешь, что твои струны могут звучать лучше, тембр инструмента может быть более пронзительным… Но… без твоего смычка мир перевернулся… Ты, как слепой художник, рисующий на ощупь карту звёздного неба… Твоя скрипка немеет… хотя ей хочется громко кричать… твоим голосом… разрывая пространство на тысячи мелких лоскутьев…

Да и ты пробуешь что-то исполнить… Публика просит… вызывают «на бис»… Они же помнят, как ты играла раньше… они не знают, что у тебя нет больше смычка… Ты берёшь чужую трость… первую попавшуюся, которую тебе подносят за кулисами и выходишь на сцену… Силой выдавливая из себя улыбку, начинаешь играть… играть.. играть… А руки немеют… в висках стучит дождь и ты просто механически исполняешь психоделический авангард… даже не слыша себя…

Овации. Занавес. Никого больше нет… Пустота… Одиночество…

Первое, что тебе приходит в голову, отправиться на поиски своего карбонового смычка… Ты вспоминаешь его модель, форму, блестящее, как луна, никелевое серебро, кожу, запах, гарнитуру… Невозможно забыть то, что стало частью тебя…

Но где его искать? Вселенная размыта, как неудачная акварель… кажется, что она растеклась по горизонту… а там… далеко… только пропасть…

Ты падаешь на колени и молишься… Больше ничего не остаётся… Нет ни настоящего, ни будущего… Только ты… слёзы и ветер…

– Господи! Если я никогда не увижу то, что любила больше всего на свете, сделай хотя бы так, чтобы с ним бережно обращались… берегли… лелеяли… и чтобы он радовал всех своим искусством… своим звучанием… своей жизнью… Пусть же будет счастлива та струна, которой он коснётся своим виртуозным телом… Боже, спаси и сохрани его на долгие годы… во славу Свою… Аминь.


20.12.2010

© Copyright Marina Aldon 2010

 

Марина Алдон – Новый год

Новый год
(из воспоминаний)

Снег, будто пена шампанского. Ночь давно расставила звёзды по своим местам. Только луна, вечная странница всё меняет своё положение на огромном небесном атласе. Ёлка смотрит разноцветными шарами в никуда… Вешаю на веточки 12 записок. Это ключи к твоему счастью. В каждом конвертике молитва о твоём благополучии. Ведь надо загадать желание, правда? А я хочу, чтобы в Новом году ты имел в изобилии: здоровья, жизненных сил, оптимизма, хорошего настроения, удачи, везения, времени, денег, вдохновения, мудрости, улыбок и любви.

Откуда-то доносятся звуки музыки. Я завернулась в плед и, как котёнок, тихонько сижу в уголке (почему-то всегда любила занимать неприметное место, чтобы никому не создавать неудобств своим присутствием). Но это же праздник…

Только какое же торжество без тебя! Ты далеко, а я одна… Может, зажечь свечи? Они не согреют мою прозябшую душу… Однако капли воска, медленно сползающие по трепетному жёлтому телу, настолько похожи на мои слёзы, которые тоже плавятся в сердце, что, может быть, я даже на мгновение отвлекусь… и не буду думать о тебе… Хотя… это невозможно… Твоё имя пришито прямо к моей груди… нет, не нитками. Это слишком прозаично. Кровью! Она хоть и жидкая, но имеет свойство застывать и превращаться в прочное цементирующее вещество…

Холодно… или я прорастаю в пространство маленькой льдинкой… Хоть бы голос твой услышать сейчас… он прекрасен, как скрипичная соната Антонио Вивальди… которой так не хватает в этой сжатой до отказа плоскости жизни…

Пляшут тени от мерцающих гирлянд… Нет сказочной атмосферы, не существует Деда Мороза и я потеряла себя… Есть только ты… один… в целом мире… но размах моих крыльев не позволяет дотянуться до тебя…

Больно… Бездорожье мыслей… Северный ветер… на юге… Только запах мандаринов напоминает про солнце… которое сейчас спокойно спит в колыбельке гор… там, за городом… под тонким слоем серебра… А мороз рисует на окне силуэты в раннем стиле Леонардо… Превосходный портрет… Он же изображает тебя! В твоих бездонных глазах почерк Вечности… поэтому их невозможно забыть… Можно вытереть из памяти себя… только не тебя…

Ты – альфа и омега, начало и конец, рассвет и закат моей судьбы. Мы во многом похожи… Это даже больше, чем родство душ…  это кармическая цепь, тянущаяся  с прошлых жизней… Так хочется жадно выпить твой поцелуй… Но только мои стихи целуют бумагу…

Пустота… Часы бьют полночь… Последний листок календаря переворачивается не просто на одну страницу, а на целый год… Начинается новый отрезок жизни… грёз… и надежд…

С Новым годом, Владыка моего Мироздания!

С новым счастьем, Апостол моей Вселенной!


23.11.2010
 
 

© Copyright Marina Aldon 2010

Марина Алдон – Хочу на необитаемый остров

Хочу на необитаемый остров
(эссе)


Хочу на необитаемый остров… подальше от толпы, суеты, ожесточённости… Возьму с собой только лучик солнца, осколок луны и охапку звёзд… Здесь выцвела краска в храмах человеческих душ,  декорации доброты сменила наскальная чёрная живопись первобытной лжи, вышедшей из уст змея в Эдемском саду… Фонари фальшивых глаз не могут осветить простреленных ладоней дня… Сумерки… Тяжёлый вязкий воздух цепляется щупальцами за поднебесье… Трудно дышать… Вместо дорог стальные рельсы чёрствости. Набираю в легкие вселенского холода… распятой человеческой «истины»… встречая звериный оскал вместо улыбок…

Исход… из капища Тьмы в цитадель Света…

Мечтаю упиваться целебным настоем лесного благоухания, а не запахом пыльных улиц, мне нужна непорочность родниковой слезы, а не хлорка городского водоровода… Хочу туда, где нет людей… Далеко… Ищу пристань для сердца…

Пусть ветер на санскрите напишет мантру на моих парусах, бесконечными волнами мыслей я буду повторять её, пока не доберусь до заветной мечты… А там… медитируют тени цветов на огонь, что рождается в зеницах рассвета… Там симфония птиц очищает все помыслы эхом загадочных вибраций… Там… другое измерение обнажает несмелые крылья…

Хочу на необитаемый остров… Там хранится разгадка тайны силы Самсона, мудрости Соломона и искусности Давида… Мне нужна только сила воли, мудрость жизни и искусность слова… Хочу рифмовать утреннюю мессу природы с порывами чувств, а листву деревьев с безграничностью небосклона… Хочу на необитаемый остров!


22.10.2010
 
 

© Copyright Marina Aldon 2010


Марина Алдон – Официантка по вызову – 4

Официантка по вызову

Глава 4

В посленовогоднюю ночь Ольга была почему-то очень нервной. Она изуверски избила двух девушек. Анне разбила губу, а Галине изуродовала нос. Инга после трудной «смены» еле добралась до комнаты и только хотела уснуть, как её разбудил крик хозяйки. Она выгоняла больную Машу убирать на кухню. У девушки было воспаление лёгких и высокая температура, она не могла даже подняться с кровати. Инга встала на сторону подруги и попыталась защитить её. Но Ольга «вскипела». Она ухватила бутылку из-под водки и разбила её об голову бунтарки. Потом начала осколками стекла размахивать у неё перед лицом. Кровь хлынула из раны, заливая щёки, губы, грудь… Земля уплыла из-под ног и девушка потеряла сознание. Очнулась она в совсем другом помещении. Обнаружила, что дверь закрыта на замок. Три дня хозяйка держала её в «карцере» без воды, еды, света и тепла. Две недели ещё у Инги были опухшие глаза и болел затылок.

Через месяц конфликт повторился. На этот раз Инга вступилась за другую несчастную, которую покалечил клиент, а Ольга ещё и отказывалась заплатить ей. В порыве ярости хозяйка ухватила Ингу за волосы, долго таскала по полу, била бейсбольной битой, с которой, наверное, не разлучалась даже в постели и вырвала с уха серьгу.

Последнее время девушка мечтала только об одном: как убежать из этого рабства. Однако ранее побеги не случались, а все попытки заканчивались ужасными издевательствами. Все знали, что хозяйка достанет их даже из-под земли. Но и сил терпеть все издевательства больше не было.

И вдруг появился Кирилл. Это было самой большой радостью за последний год, проведённый в неволе. Проезжая мимо, мужчина вспомнил именно об Инге и решил проведать. Девушка рассказала обо всём. Шрамы на теле были вещественным доказательством правдивости её слов.

Зная, что девушке не до смеха, он всё же не мог не задать ей свой коронный вопрос:

– А о чём ты сейчас мечтаешь?

– О большой и чистой любви, – как и тогда, в первый раз, ответила Инга.

Сердце Кирилла сжалось. Он думал, что за это время она стала такой же, как и большинство её продажных «коллег». Впервые за всю жизнь он встретил «жрицу любви» с такой детской наивностью, невинными помыслами и добрым сердцем.

– Я увезу тебя отсюда, ты не заслуживаешь такой жизни, – заявил он, – жаль, что не сделал этого сразу…

Кирилл сдержал слово. Сказав Ольге, что забирает её на пикник и, уплатив за неё тройную цену, просто посадил в машину и уехал… к себе домой… Вскоре «притон» закрыли. Инга обратилась в правоохранительные органы и предъявила работникам милиции свой интимный дневник, где вела записи всего, что происходило. От пикантных деталей, описанных в старенькой тетради, мужчины теряли ощущение времени и пространства.

Кирилл помогал маме и сестре Инги, а сама девушка поселилась у него.

Инга была проституткой. Была… Но сейчас у неё новая жизнь, нормальная работа, светящиеся глаза, но главное – большая и чистая любовь…


20.06.2010

© Copyright Marina Aldon 2010

 

Марина Алдон – Официантка по вызову – 3

Официантка по вызову


Глава 3

Близость с Кириллом случилась только на третий день. Он и жалел её, но и был уверен, что если не он, то рано или поздно это сделает другой. Выслушав внимательно всю историю её жизни, мужчина обещал всегда поддерживать Ингу, помогать, если понадобится.

На этот раз она была уже более активна. Сама раздела его, покорно поддавалась его пылу. Они двигались, будто в сидячем танце, он пытался поддерживать с ней один ритм, то замедляя, то ускоряя движения. Боль быстро прошла, оставив по себе только алые капли крови. Кирилл был опытным любовником и знал, как предоставить партнёрше удовольствие. Хотя всё должно было бы быть наоборот… Однако вскоре девушка и сама дала волю рукам, губам и языку, лаская все эрогенные зоны клиента. Наконец тёплый поток его вулкана извергся на неё сладковатым источником. Электрический импульс будто прошёл и по её телу. Они вместе почувствовали апогей наслаждения.

– Чего тебе хочется больше всего? – одеваясь, спросил Кирилл.

– Большой и чистой любви, – решительно ответила Инга.

– Святая наивность! – громко рассмеялся мужчина.

Она обслуживала его ещё четыре дня. Дальше он уехал, а у девушки начались горькие серые будни.

Клиенты Инги менялись иногда и по два-три раза за ночь. Целый день она проводила в ресторане, после чего терпела нахальство, унижения и хамство незнакомцев. Больше всего девушка ненавидела молодых парней. Они были какие-то ожесточённые и обращались с ней особенно грубо. После них у Инги болело всё тело и разрывалась душа.

Девушка знала, что она – только «живой» товар, угодный клиенту, но чаще всего выбирали почему-то именно её. То ли внешность у неё была особенная, то ли сексуальные вкусы посетителей этого «притона» так совпадали… «Трудиться» приходилось без выходных даже в недопустимые для этой работы дни. Хозяйка мотивировала всё тем, что она и так много сбережений тратит на работниц, а заработанные деньги идут им на одежду, косметику, средства контрацепции и другие «производственные издержки». Если кто-то из сотрудниц осмеливался ослушаться, Ольга «лечила» мятежниц физическими методами. Наказания были очень жестокими. Платила она девушкам всего двадцать процентов от заработанной суммы. Мужчины рассчитывались за услуги только с ней, а если её не было, плату получал один из охранников хозяйки. Работниц Ольга подбирала тщательно, для этого ездила в другие города и маленькие деревни, чтобы «не свои», чужие были. Искала тех, у которых возникали проблемы с деньгами: одна без отца дитя воспитывала, другой кредит необходимо было погашать, третья «на стакан подсела»…


20.06.2010

© Copyright Marina Aldon 2010

Марина Алдон – Официантка по вызову – 2

Официантка по вызову


Глава 2

Инга проплакала всю ночь. То, что от неё требовали, она не могла делать, ведь была ещё девственницей. Целый день в ресторане, а ночью в сауне или в номере с клиентами… И всё это лишь ради того, чтобы одели, накормили, предоставили ночлег и бросили какие-то копейки… как собаке кость… Зачем ей всё это! Но возврата нет, как сказала хозяйка. Здесь контролируют каждое движение. Даже на улицу без разрешения нельзя выйти. Если нет Ольги, за девушками следят два её охранника. Настоящее рабство. Вечером у неё должен был быть первый клиент. Днём разрешили отдыхать.

В четыре часа за Ингой пришёл бармен. Он отвёл её к какому-то мужчине, который сразу же приказал раздеться. Нет, это был не клиент. Сначала он «привёл в порядок» все её интимные места, а потом начал учить мастерству любви, чтобы затем, когда понадобится, она «не ударила в грязь лицом». Девушка училась правильно стонать, изгибаться, принимать позы, делать минет… но незнакомец её не касался… Он не мог себе позволить «испортить» то, за что уже заплатил другой.

После занятия Инга вернулась в свою комнату. Ей было всё настолько противно, что даже тошнило. Тело обливалось холодным потом, в голове плавали расплывчатые туманные картинки предстоящего испытания.

В десять часов её снова позвали. На этот раз прямо в сауну, к клиенту. Низкий, плотный смуглый мужчина соблазнительно прижал её к себе. Как-то бесцеремонно и грубо. Заметив, что девушка вся дрожит, предложил сделать ей массаж. Инга немного успокоилась. Затем они выпили вина. Впервые в жизни в её руках был стакан с алкоголем. После нескольких глотков она почувствовала, что пьянеет и ей становится всё равно, что с ней будут делать.

Он потянулся к ней, положил руку на грудь, начав сжимать её. Она забилась, как птица, от внезапного испуга. Потом незнакомец поцеловал её и волнение снова приугасло. Но когда он начал снимать плавки, Инга заплакала. Мужчина рывком потянул её к себе и начал покрывать всё тело поцелуями. Вдруг ей стало приятно, из груди вырвался сладкий стон.

– Ну что, начнём? – внезапно прервав ласки, спросил партнёр.

– Пожалуйста, разрешите мне настроиться… Хотя бы пять минут, – почти подземным голосом выдавила из себя Инга.

– Настраивайся. Ты – словно гитара, – улыбнулся клиент.

Девушка налила себе вина и выпила на одном дыхании.

– Как тебя зовут, – наполняя свой бокал, спросил мужчина.

– Инга, – робко ответила она.

– А меня Кирилл, – обхватив её сзади за талию, ответил он.

Вдруг девушка заметила, что клиент начал одеваться.

– Что случилось? – скрывая радость, поинтересовалась Инга.

– Ничего. Ты не готова. Продолжим завтра. Только хозяйка не должна ничего знать. Я закажу тебя на целую неделю, – протягивая девушке купюру, сказал Кирилл.

– За что деньги? Я же ничего не делала… Так несправедливо, – возмутилась она.

– За честность и твою невинность, – закрывая за собой дверь, крикнул ей уже почти с коридора мужчина.


20.06.2010

© Copyright Marina Aldon 2010